03.04.2022      340      0
 

Александр Селиванов. Морковка


Глупость, конечно, ужасная. Два взрослых, уважаемых человека едва не подрались из-за кота. Даже не кота — котёнка. Рыжего.

А дело было так. Писатели Иванов и Петров приехали в маленький городок Ордынск на встречу с читателями. В местную библиотеку пришли: дети с четвёртого по шестой классы, учитель литературы Андрей Петрович Бесфамильный (это фамилия такая) и Нина Макаровна Шелестова, уборщица, с внучкой Ленкой шести лет.

Нина Макаровна, вытирая пыль с книжных полок, всегда мечтала увидеть живого писателя, а тут сразу два приехали.

Читальный зал был полон. Андрей Петрович светился от счастья. Он мысленно подбирал слова для развёрнутого интервью, которое обещал дать репортёру районной газеты. Так, мол, и так, обогатили местную культуру встречей с популярными авторами. А может, мечтал учитель литературы, интервью с ним перепечатает областная газета, затем республиканская! Или случится так — чем чёрт не шутит! — став маститыми писателями, Иванов и Петров на склоне лет упомянут его имя в своих мемуарах… Эх, мечты, мечты…

Писатели вышли на импровизированную сцену.

— Здравствуйте, дети! — приветствовал зал Иванов.

— Добрый день, ребята! — поздоровался Петров.

Ученики с четвёртого по шестой классы разочаровано загудели: писатели совсем были не похожи на Пушкина и Лермонтова, чьи портреты висели в кабинете литературы. Даже на Горького не похожи. Во-первых, Иванов был маленький, плотный, с залысиной. Во-вторых, Петров был высокий, худой и тоже с залысиной.

— Сейчас мы прочитаем свои произведения, а потом вы зададите свои вопросы. Договорились? — спросил Иванов.

Двоечник Мишка Шишкин ответил за всех:

— Читайте, раз приехали, чего уж там.

Учитель литературы зашипел на Мишку:

— Шиш-шкин!

Андрей Петрович совсем не хотел попасть в историю мировой литературы с таким пятном в биографии, как двоечник Шишкин.

— Спасибо, — сказал Петров, — тогда слушайте. Рассказ называется «Младший брат».

Читал Петров хорошо. По-актёрски. Его голос то возвышался, отражаясь от библиотечных стен, то затихал, проникая в детские сердца. Дети слушали, открыв рты, переживая за главного героя рассказа — мальчика Колю.

Когда-то у Коли была полная семья — мама, папа, старший брат. Но потом отец ушёл из семьи и даже уехал в соседний город. Коля очень сильно из-за этого переживал, стал хуже учиться. Мать ничего не могла с ним поделать. За воспитание взялся старший брат. Он как-будто заменил в семье отца. И дела у Коли в школе пошли на поправку.

А через год новый удар: старший брат женился и переехал от них с мамой, сняв с молодой женой отдельную комнату. Коля убежал из дома. Его искали всей деревней. Через два дня мальчика привёз домой милиционер. Колю сняли с поезда по дороге к отцу.

Рассказ был про детей, но совсем не детский. Уборщица Нина Макаровна всхлипнула, утирая косынкой влажные глаза, когда дочитав рассказ, писатель Петров захлопнул книгу. А двоечник Шишкин даже присвистнул, на что Андрей Петрович решил промолчать. Истории мировой литературы, похоже, придётся стерпеть двоечника Шишкина.

В тишине читального зала отличница Таня Макарова протянула руку:

— Можно вопрос?

— Да, конечно, — ответил Петров.

— А откуда вы про нашего Борьку узнали?

— Какого Борьку? — удивился писатель.

— Борьку Филиппова, — пояснила отличница Таня Макарова, — вы же про него рассказ написали?

— Нет, девочка, — ответил рассказчик, — вашего Борю я не знаю. А в рассказе я всё выдумал: и сюжет, и героев. Вот этой самой головой.

И он постучал одной рукой себе по лбу, а другой по столу. Получилось так, как будто у писателя деревянный лоб. По залу прошёлся лёгкий смешок.

— А теперь я прочитаю стихи, — объявил Иванов. И добавил, — весёлые!

Сбросив со своих плеч груз переживаний за мальчика Колю, дети смеялись даже над самой невинной шуткой. А когда Иванов продекламировал

Рыжая девочка Лиза

Таскала драже из сервиза

все дружно повернулись в сторону конопатой пятиклассницы с рыжими хвостиками и в читальном зале раздался настоящий взрыв хохота.

— Ха-ха! Таскала!

— Ха-ха! Из сервиза!

— Ха-ха! Драже!

— Это неправда! — воскликнула девочка, — ничего я не таскала!

Успех был ошеломительный. Иванов светился словно начищенный медный пятак. Дети хлопали, учитель литературы принёс от заведующей библиотеки Книгу жалоб и предложений, где писатели оставили свои автографы, а шестилетняя внучка Нины Макаровны вытащив из-за пазухи рыжего котёнка, протянула его писателям:

— Это вам. Только у него имени нет.

Иванов поднял котёнка над головой:

— Я назову его Марк Твен! Он, как известно, был рыжим!

Константин Соколов. Морковка

Встреча с читателями закончилась, дети разошлись. Писатели прошли в кабинет методиста за своими вещами.

— Хорошенький, — сказал Петров, поглаживая пушистика, — вот дочка-то обрадуется.

— Чем же мне его покормить? — задумался Иванов.

Петров удивился:

— Спасибо, конечно, коллега, что беспокоитесь о моём котёнке, но эту проблему я решу самостоятельно.

— О вашем котёнке?! — возмутился Иванов.

— Да, о моём! — ответил Петров. — Это я своим трогательным рассказом растопил детские сердца. Не случайно же я стал лауреатом литературного конкурса!

— Ого! — повысил голос Иванов. — А разве не после моего стихотворения про рыжую Лизу мне подарили котёнка? Я, между прочим, тоже не лыком шит! И дипломы конкурсов имеются!

Писатели раздув ноздри, испепеляли друг друга взглядами. Рыжий комочек жалобно мяукал, прижавшись к столу. В этот момент дверь со скрипом отползла в сторону.

— Тук-тук, — на пороге стояла девочка Лена.

На цыпочках прошла в кабинет, взяла котёнка на руки, прошептала:

— Меня мамка за него заругала, — и выбежала, толкнув за собой скрипучую дверь. Удивительно бестактными иногда бывают маленькие дети.

Иванов и Петров переглянулись.

— Видели? — сказал Иванов, — вашего котёнка забрали.

— Почему же моего, — удивился Петров, — Это кажется вам его после стихотворения про Лизу подарили!

— Мне? — воскликнул Иванов.

— Да, вам!

В кабинете повисла напряжённая пауза.

— В буфет? — спросил Петров, — грамм по пятьдесят? Как думаете, коллега, пятьдесят грамм вылечат истерзанную душу инженера человеческих душ?

— Фи! — ответил Иванов, — только по сто пятьдесят! Не меньше!

— Согласен!

Два творческих человека всегда поймут друг друга с полуслова.

А котёнка девочка Морковкой назвала. В следующем году Ленка пойдёт в школу, научится читать и узнает кто такой Марк Твен.


Ваш комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Для отправки комментария, поставьте отметку, что разрешаете сбор и обработку ваших персональных данных . Политика конфиденциальности