18.12.2021      85      0
 

Йохан Мартин. Чудеса, да и только


Марсела Викторовна не любила ходить по магазинам. От обилия товаров на полках у неё быстро портилось настроение. Ей хотелось купить всего и много, а пенсия позволяла мало и только по чуть-чуть. Жила она скромно, не бедствовала, на самое необходимое хватало.

Была у Марселы Викторовны мечта — съездить на море. Ради этой мечты она брала на репетиторство редких учеников — поставить обучение на поток уже не позволяло здоровье. Бывшая учительница практической магии ужасно страдала от перепадов давления. На её прикроватной тумбочке всегда стояла кружка с живой водой и бутылёк со спасительным лекарством.

Вот и сегодня утром Марсела Викторовна, еле оторвав голову от подушки, с трудом свесила ноги с кровати. Нацепив на нос очки, чтобы найти таблетки, она с ужасом обнаружила, что бутылёк совершенно пуст.

Марсела Викторовна едва не расплакалась — сил идти в аптеку у неё просто не было. В углу спальной комнаты нетерпеливо ёрзала метла, готовая унести хозяйку куда угодно. Но Марсела Викторовна лишь махнула на неё рукой: стой, мол, спокойно, отлетались мы уже. Отогнала от себя и другую шальную мысль — наколдовать таблеток. Во-первых, уставом было строжайше запрещено колдовать для собственной пользы, а во-вторых, не дай бог, ошибёшься в рецептуре — и всё, пиши пропало. Сколько она повидала подобных историй за свою долгую жизнь.

Это только со стороны кажется, что стоит произнести: «Хочу таблетку» — и она тут же чудесным образом появится на блюдечке с золотой каёмочкой. На самом деле колдовство работает по-другому. Надо очень хорошо представить, какую таблетку хочешь, вплоть до химического состава и лечебных свойств. И только после этого произносить слова заклинания. Морока, одним словом. Проще в аптеку сходить.

Марсела Викторовна собрала остаток сил и прошлёпала на кухню, где хранился мешочек с травами. После чая из корешков она почувствовала себя лучше. Дождавшись восьми часов, стала спускаться по лестнице.

На выходе из подъезда её ждал второй неприятный сюрприз за утро. Дверь на улицу была открыта настежь, а в проёме, держась за косяки, стоял, пританцовывая, не совсем трезвый мужик.

Марсела Викторовна подошла ближе, надеясь, что тот её пропустит, но мужик и не думал освобождать проход. Вместо этого он промычал:

— Н-ну-у?

— Вы позволите пройти? — спросила пенсионерка.

— Н-не-ет…

— Хорошо, — Марсела Викторовна отступила на пару шагов, вытянула правую руку ладонью вперёд и, поймав мутный взгляд мужчины, произнесла голосом его начальника: — Сарычев! Т-твою дивизию! Т-ты что здесь делаешь? А т-траверсу пилить за т-тебя кто будет? Т-толстой?

Мужик, изменившись в лице, попятился назад и, ошалело оглядываясь, засеменил прочь.

Марсела Викторовна устало вздохнула, покачав головой:

— Ничего не меняется.

Неприятная встреча отняла у неё последние силы, поэтому, зайдя за угол дома, она села на лавочку — перевести дух.

Йохан Мартин. Чудеса, да и только

Июльское солнце висело над крышами Старокозельска, обещая жителям среднерусского городка жаркий день. На небе не было ни одного облачка. И никаких намёков на скорый дождь, которого заждалась природа.

— Пойду, пожалуй, пока прохладно, — сказала себе Марсела Викторовна.

И в этот момент случилось страшное.

Мужик, которого она прогнала из подъезда, налетел вихрем, вцепился в её сумочку и захрипел в лицо:

— Ведьма! Ведьма!

От неожиданности пенсионерка разжала пальцы, чем мгновенно воспользовался нападавший. Дёрнув на себя сумку, мужик бросился наутёк, прижимая добычу к груди.

Марсела Викторовна тяжело задышала, схватилась за сердце, но, прежде чем повалиться всем телом на лавочку, нашла взглядом окна своей квартиры и прошептала:

— Пошла…

В тот же миг раздался звон разбитого стекла и из окна квартиры бывшей учительницы практической магии вылетела метла.

…В милицейском участке было темно. Света от маленького окошка под потолком едва хватало, чтобы отвоевать у мрака длинный коридор, испачканный зелёной краской, да кусочек комнаты с железной решёткой, в углу которой прятался перепуганный насмерть грабитель. Оказаться в теле крысы даже на несколько минут — не у каждого человека психика такое выдержит.

В кабинете напротив комнаты с решётками Марсела Викторовна оправдывалась перед своим учеником:

— Саша, не помню, честное слово. Он как вцепился в сумку, так я сразу в обморок повалилась. И что было дальше — не помню.

— А метлу зачем по следу отправили? Или вы этого тоже не помните?

— Так сумку жалко стало! Там же пенсия. И документы. Да и сумка ещё хорошая, кожаная. Знаешь, кто мне её подарил? Сейчас расскажу…

— Потом расскажете, Марсела Викторовна. Значит, не помните?

— Нет.

— Тогда подпишите протокол.

— Что там написано? Прочитай, Сашенька, а то буквы прыгают перед глазами.

Сашенька, а точнее капитан милиции Александр Соколов, с готовностью озвучил протокол, в котором значилось, что гражданка такая-то Марсела Викторовна подверглась сегодня, надцатого июля энного года, нападению неизвестного ей мужчины.

— Он вырвал у меня сумку с документами и деньгами и убежал, — старательно зачитывал капитан. — Желая вернуть похищенное, я начала преследовать грабителя, задержала его и передала в руки милиции. Дата, подпись.

— М-да… Не протокол, а сказочная история. По твоей бумаге выходит, что я не пенсионерка, а Рэмба какая-то. Ой, не поверит тебе начальство.

— Конечно не поверит. Я бы тоже не поверил. Где это видано, чтобы старушка… простите, пожилая дама задержала взрослого мужика. Из-за вас, Марсела Викторовна, у меня, между прочим, будут неприятности! Ну, расскажите, как дело было. Заколдовали его, да? Только честно.

— Да не помню, Саша, говорю же. Давай свою бумагу — подпишу.

После всех формальностей капитан Соколов налил два стакана ароматного травяного чая и спросил, уже потеплев:

— Марсела Викторовна, давно хочу спросить, откуда у вас такое необычное имя?

— О, Саша! Это красивая история! За имя спасибо моему папеньке. Летом девяносто пятого года он привёз матушку в Париж. Они гуляли по улочкам французской столицы, дышали воздухом свободы и всё такое… А на каждой площади звучала «Марсельеза». Разве у меня могло быть другое имя?

— Простите… какого года?

— Саша, не утруждай мозг вычислением. Твой вопрос читается в глазах. Я родилась четырнадцатого июля тысяча семьсот девяносто пятого года. Мне уже больше двухсот лет.

— Сколько?!

— Да шучу, шучу. Видел бы ты сейчас своё лицо, — рассмеялась Марсела Викторовна. — Лучше проводи меня до остановки, мне ещё окно вставлять.

— За окно не беспокойтесь, поможем.

— Спасибо.

Был прекрасный летний вечер. Высоко над землёй далёкие звёзды водили хороводы, выстраиваясь в причудливые созвездия, мимо лучшей планеты во всей вселенной пролетали кометы, а на скамейке маленького уютного дворика Старокозельска одна обычная на вид старушка и почти волшебница творила добро.

Запыхавшийся студент, уже не надеясь, вдруг успел на автобус. Бешеный лихач на джипе притормозил перед «зеброй», пропуская дворовую собаку. Бородатый рокер перенёс коляску через выбоину в тротуаре, получив от молодой мамочки обворожительную улыбку… За всеми этими заботами Марсела Викторовна совершенно забыла о высоком давлении.

«Надо, пожалуй, чаще выбираться в город», — подумала она.

Рядом со скамейкой остановилось такси.

— Садитесь, пожалуйста!

— Но я не вызывала, — растерялась Марсела Викторовна.

— У меня оплаченный заказ, сказано отвезти вас домой, — водитель распахнул пассажирскую дверь, — прошу!

«Бывают же чудеса», — удивилась бывшая учительница практической магии.


Ваш комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Для отправки комментария, поставьте отметку, что разрешаете сбор и обработку ваших персональных данных . Политика конфиденциальности